звездные дети

Антон и Виктория Макарские: "Мы пережили многое, чтобы стать родителями"

О том, через что пришлось пройти Вике и Антону, чтобы завоевать право называться родителями, – в эксклюзивном интервью для Viva!

Если сказать, что новость о беременности для Виктории Макарской и ее мужа, актера и певца Антона Макарского, была просто радостной – значит, не сказать ничего! Пара восприняла это как подарок небес, как чудо, о котором супруги мечтали долгие десять лет. «Все время мы с Антошей прилагали титанические усилия, чтобы стать родителями или хотя бы выяснить, по какой причине мы не можем это сделать, – рассказывает Вика. –

Кстати, сразу хочу опровергнуть информацию, которую мы с удивлением прочитали в некоторых изданиях и в Интернете: врачи никогда не говорили, что у нас не может быть детей. Если бы нашли хоть одну причину долгого отсутствия потомства – было бы понятно, что лечить и «куда бежать». А так мы годами ходили по профессорам, мечтая о ребенке и выслушивая всевозможные фантастические версии, одна невероятнее другой, почему я ни разу в жизни не была беременна».

– Я слышала, что вы с Антоном проходили генетический анализ, и врачи решили, что у вас не получаются дети потому, что вы с Антоном чуть ли не родственники…

Виктория: Действительно, московские врачи настоятельно рекомендовали нам провести генетический анализ, а мы отказывались, потому что считали это бессмысленным. Но мы даже представить себе не могли, какой получим результат! Врач вспотел от волнения, когда объявил, что гены и фенотип у нас совпадают на 50 %, что фактически – мы родственники. Глядя на нас, он честно признался, что никак этого не ожидал, намекая на мои славянские черты лица и яркую восточную внешность Антона.

– Как вы отнеслись к этому известию?

В.: Мы были в шоковом состоянии. Хотя ничего невероятного в этом нет. У нас с Антоном еврейские корни. Как потом выяснилось, наши родственники жили в Белоруссии, 
в местечках, которые находятся совсем рядом: мои – в Давид-Городке, Антошины – в Светиловичах. Тогда, в кабинете у врача, я заплакала: понимала, что детей очень хочется, а врач начал отговаривать нас, поясняя, что беременность в нашем случае – большой риск.
Антон: Мы решили поехать в Израиль на обследование. Нас успокоили: у восточных евреев гены совпадают на 80 – 90 % – и ничего! – рожают нормальных детей. Но в связи с этим обследования во время беременности очень серьезные. Вот еще одна причина, почему Вика всю беременность живет в Израиле.

– Многие женщины отваживаются на ЭКО. Вы не пробовали этот вариант?

В.: Нас замучили вопросами о нашем бесплодии! Я чувствовала себя какой-то неполноценной, хотя врачи из года в год уверяли нас с Антоном, что мы абсолютно здоровы. И я от отчаяния и глупой гордыни попыталась исправить ситуацию. Захотелось мне, во что бы то ни стало, родить ребенка! И мы обратились в московскую клинику «ЭКО». Очень жалею о сделанном… Это ЭКО стало сущим наказанием для меня. 
Я чуть не умерла тогда. Позже в Израиле мне отказались делать ЭКО: если оба партнера здоровы, такая процедура исключена, дабы не навредить здоровью женщины. 
У нас же в России тебе за деньги что хочешь сделают. Мало кто знает, как это опасно. Слишком «серьезный» это бизнес, чтобы врачи распространялись о его возможных последствиях.

– Как вас Антон тогда поддерживал? Когда выяснилось, что вы слишком тяжело это переносите, кто из вас двоих первым решил от такого способа отказаться?
В.: Когда я стала умирать от синдрома гиперстимуляции, который иногда случается при процедуре ЭКО. Тогда мы с Антоном думали уже только о том, как мне выжить и не остаться инвалидом. Антон был рядом со мной в операционной, когда из меня, сделав прокол в брюшной  полости, откачали два с половиной литра воды. Делали все без наркоза – я уже была слишком слаба, чтобы его выдержать. Потом я стала задыхаться – оказалось, что воды много и в легких.

– Слушайте, это же камера пыток!
В.: Рассказываю все эти подробности только по одной причине: женщины, пожалуйста, берегите себя и не делайте ЭКО без особых показаний. Это очень небезопасная для здоровья и жизни процедура!

 – И все-таки, чудо свершилось. Что вам помогло в итоге?
В.: Нам помог Боженька. Я с детства догадывалась, что наш мозг в очень малой степени способен осознать, что же на самом деле есть мы и мир, в котором мы живем. Мы самонадеянно полагаем, что реально существует только то, что мы видим и слышим. Как мы мыслим: не вижу – значит, этого нет! «Гагарин в космос летал – Бога не видал» – какими же необразованными надо быть, чтобы так рассуждать! Мне очень нравится, как в советские времена на этот вопрос ответил комсомольцам святитель Лука, мощи которого хранятся в симферопольском Свято-Троицком монастыре. Святитель был уникальным врачом-хирургом. Так вот он сказал: «Я много раз вскрывал грудную клетку и никогда не видел там совести, много раз делал операцию на мозге и не видел там ума!»

– Вы неспроста упомянули Свято-Троицкий монастырь.
В.: Да, нас связывает чудо. 
В прошлом году нам позвонила матушка-игуменья монастыря Евсевия и сказала, что скоро у нас будет ребенок, и мы со всей ответственностью должны к этому отнестись, постоянно исповедоваться и причащаться. И еще она каждый месяц стала присылать нам посылки с едой, целебными настойками и травами, освященными маслами и хлебом. Матушка просила нас все это есть и пить. И молиться. Когда через полгода наступила наша первая в жизни беременность – мы были готовы к этому.
Самое интересное, что первым все понял Антон (улыбается). Мы летели из Америки, и когда я попросила у стюардессы бокал вина, муж категорически заявил, что я беременна, и вино мне теперь пить нельзя. Дело в том, что на тот момент я года два с половиной вообще не пила спиртные напитки, даже на Новый год. И вот, как нарочно, красного вина захотелось так, что хоть «тресни»! Чуть не поссорились. В результате, под неодобрительные взгляды Антона я все-таки выпила целых два бокала. 
С невероятным удовольствием!

– Антон, у вас так развита интуиция, что вы раньше Вики обо всем догадались?
А.: Я просто очень наблюдательный: Вика сразу изменилась, очень похорошела. Обычно она очень следит за питанием, а в Америке начала есть все подряд и очень много. Мне стало совершенно ясно, что что-то происходит с ее организмом, когда она среди ночи заказала в номер огромную порцию баранины, кукурузные чипсы, спагетти, гору мороженого и, съев все это, еще спросила, можно ли доесть мою котлету (смеется).
В.: Кстати, приступы безудержного обжорства случались со мной только в первый месяц. А потом в Израиле доктор объяснила мне, что надо обязательно делать анализы на нехватку в организме определенных витаминов. И когда я стала пить то, что мне индивидуально прописали, то стала питаться более правильно, а есть меньше, чем до беременности. Это важно. Если распустить себя, то норму веса можно уже никогда не вернуть. А главное – ребенку совсем неполезно быть толстым в утробе мамы: потом рожать очень тяжело.

– Ваш муж прав: вы действительно выглядите просто потрясающе! Наверное, готовились к тому, что подурнеете, что станут отекать ноги, а оказалось совсем наоборот.
В.: Я ко всему была готова. Но еще никогда в жизни я не выглядела так, как во время беременности. С удивлением каждое утро смотрюсь в зеркало. Как-то все гармонизировалось и в душе, и в теле. Как будто мне дали другую, новую жизнь и новое тело. Как только рожу, очень хочу сразу же забеременеть снова.

– Многие женщины во время беременности становятся раздражительными, капризными. Это не о вас?
А.: Меня пугали женскими капризами во время беременности. 
А Вика вообще не капризничает. Капризным стал я: не так сидишь, не так стоишь, это не смотри, то не ешь, туда не ходи, телефон и компьютер выброшу! Даже иногда жалко Вику становится, вроде правильно все говорю, но…
В.: В ожидании ребенка изменился как раз Антон. Всегда такой сдержанный и интеллигентный, когда на очередном обследовании он увидел Машино личико, ему вдруг показалось, что врач непременно сделает что-то не так, и категорически стал на повышенных тонах требовать от врача остановки обследования: «Прекратите немедленно!!! Неужели вы не видите, ребенку это не нравится!» Долго я потом извинялась перед доктором. Хорошо, что он израильтянин, и по-русски не понимет.

– Вы ходите в школу молодых родителей, где учат обращаться с новорожденными?
А.: Так получилось, что в 13 лет я стал настоящим «нянем» для своих сестренок-погодок. Особенно старшая, Ася, полностью была на мне, потому что мама сразу забеременела Сашенькой. Так что в вопросе воспитания младенцев я сам могу быть консультантом...

– Кто-нибудь будет помогать вам растить ребенка?
В.: Маша будет с нами везде и всегда, никаких нянечек у нас не будет.
А.: Вика из семьи военных, я из актерской семьи. Мы оба с детства кочевали вместе с родителями, жили в спартанских условиях. Так что малышка будет с нами постоянно. Ну, конечно же, наши мамы помогут – для них это такая долгожданная внучка!
В.: Да, кочевую жизнь малышка испытает очень скоро: уже через 12 дней после родов у нас гастрольный тур по Израилю с «Живым концертом». Пока Антоша будет петь – я буду кормить Машу. Когда я буду петь – Антоша будет с ней.
А.: А моя любимая теща-фельдшер, специально прилетевшая из Минска, подстрахует нас, когда мы будем петь вместе.

– Разве возможно так точно вычислить дату родов?
В.: Роды нам назначили, к сожалению, плановые. Я очень хотела рожать сама, но из-за врожденного смешанного астигматизма глаз я не могу этого делать. Наш знаменитый московский хирург-офтальмолог Вячеслав Куренков сделал мне сложнейшую операцию на глазах, что полностью вернуло зрение, но навсегда лишило возможности рожать самостоятельно. В результате израильские врачи обозначили нам время «ч» ровно в 37 недель. Теперь главное – пережить пик жары и не родить преждевременно.

– Где вы живете в Тель-Авиве?
В.: Я постоянно живу у Антошиной мамы, иногда гостим у друзей, которые оставили нам свою квартиру прямо на берегу моря. Часто уезжаю в Иерусалим в монастырь.

– Чем заняты ваши дни? Наверное, получился довольно резкий контраст между крайне насыщенной «добеременной» жизнью и нынешней?
В.: Я продолжаю до сих пор вести все наши дела. С развитием Интернета и спутниковой связи можно активно работать, даже уехав на необитаемый остров. 
Я отказалась только от всех публичных мероприятий и концертов на время беременности. В остальном – работы даже прибавилось. Я, годами ведя все дела Антона, наконец-то получила возможность серьезно заняться собой как певицей и своим репертуаром. Раньше у меня вообще не хватало на это времени и сил. Удивительно, как Машенька мне помогает и чутко реагирует на все, что со мной происходит! Например, во время фотосессии, которая началась с 5 утра и закончилась в 
9 вечера, моя девочка ни разу меня не побеспокоила и не «прыгала». 
И только когда я ложусь отдыхать и прекращаю работать, Машенька начинает активно со мной общаться. Это самое большое чудо в моей жизни. Она еще не родилась – а мы уже ближайшие друзья, абсолютно понимающие и любящие друг друга. Когда я занимаюсь музыкой и пою – я чувствую, как она замирает и слушает. Музыку она очень любит. Перед сном мы слушаем каждый вечер самую красивую музыку мира.

– Вика, все то время, что вы находитесь в Израиле, Антон тоже старается быть рядом?
В.: Увы, из-за съемок в кино он почти все лето вынужден находиться в России. Нам плохо без него. Скучаем до слез. Переживаю очень, замучила продюсеров фильма просьбами о дублерах и каскадерах для главного героя, которого играет Антон. Он ведь сам всегда все сложные трюки выполняет. И я впервые вписала в контракт, чтобы он ничего сам не делал. Меня, как могли, успокоили, все вписали... Но я все равно уверена, что они мне ничего не рассказывают, и Антон трюки продолжает делать сам.

– Вы сказали, что вскоре после родов отправляетесь в тур по городам Израиля. В страну возвращаться не планируете?
В.: Не поверите, но сразу после концертного тура по Израилю мы улетаем в Украину прямым рейсом Тель-Авив – Одесса. У Антона с октября начинается там большой кинопроект, и мы решили первые полгода после рождения дочки жить в Одессе и не возвращаться в Москву. Я очень люблю Украину: когда впервые приехала в Киев выступить на юбилейном концерте Бориса Краснова, поняла, что если бы родилась в этом городе, никогда бы не уехала в Москву!
А.: Киев – мой самый любимый город. Я не устаю говорить об этом. Наши поездки в Киев всегда настоящий праздник! Мы дружим с «Кварталом-95», ребята всегда встречают нас обязательным набором: деревенская самогонка, сало копченое и соленое, кровянка и крымский лук! Мы принципиально не берем гонорары деньгами за участие в киевских проектах. Для нас просто огромная радость прилететь к вам!
В.: А я хочу сказать: самый главный подарок для нас сейчас – ваши добрые пожелания и упоминание нас в ваших молитвах.

Татьяна Витязь

Долгожданный ребенок появился на свет 9 сентября в одной из клиник Иерусалима. А"Вика чувствует себя превосходно! Мы находимся в израильской клинике. Тут не принято измерять рост ребенка. Могу сказать так: сегодня жена подарила мне ровно три килограмма абсолютного счастья! Спасибо за добрые слова! Мы постараемся расти большими и здоровенькими на радость всем!" , - поделился радостью артист.

Долго задерживатьс в декрете молодая мама не намерена: "Уже через 12 дней после родов у нас намечен гастрольный тур по Израилю с нашим «Живым концертом». Конечно же, Машенька будет с нами. Пока Антоша будет петь – я буду кормить Машу за кулисами. Когда буду петь я– Антоша будет с ней". 

 

новости партнеров
Loading...