В повседневной жизни художник по костюмам Эрнесто Мартинес одевал Джекмана и Хадсон так, как одевается пара, которая просто пытается удержать семью на плаву.
«Мы придерживались настроения “рабочей семьи из Милуоки”», — говорит Мартинес, ранее работавший с Брюером над Fight Night: The Million Dollar Heist. — «Мы добавили Клэр немного блеска в её повседневный гардероб, чтобы она оставалась исполнительницей, не желающей терять эту часть себя. В течение фильма её стиль значительно трансформируется. А Майка я видел как рабочего, который старается выстоять — он чинит машины и делает всё возможное, чтобы обеспечить новую семью».
В сценических образах Нила Даймонда и Пэтси Клайн Мартинес провёл глубокое исследование творчества обоих артистов и создал около 30 костюмов, которые были верны оригинальным образам, но при этом отражали реальные финансовые ограничения семьи Сардина.
«Для Клэр мы выбрали несколько образов Пэтси Клайн из её “ковбойского” периода — более близких к ранним годам и самым известным песням», — говорит он. — «Для Майка мы придерживались образа Нила с блестящими рубашками и тёмными брюками после его сценического перевоплощения. Я хотел подчеркнуть тот факт, что в тот момент у них практически не было денег».
Некоторые детали намеренно выглядели неидеально с точки зрения эпохи. Вдохновляясь реальными образами из документального фильма Когса, руководитель отдела причёсок Алисия Заварелла воссоздавала стили, которые были одновременно характерными для времени — и слегка устаревшими.
«Мы позаботились о том, чтобы образы соответствовали стилю 1990-х, но для некоторых персонажей добавили лёгкие влияния 1980-х», — говорит Заварелла. — «Хотели передать идею, что люди из маленького городка возле Милуоки могли стилистически немного отставать от времени».
Аналогично, работая над гримом Lightning и Thunder, главный художник по гриму Анук Салливан сделала ставку на максимализм, присущий музыкантам-имитаторам.
«И в реальной жизни, и в фильме сценические выступления Майка и Клэр были значительно более яркими и с более выразительным макияжем», — говорит Салливан. — «На сцене их образы гиперболизированы, но при этом сохраняется сырость и интимность персонажей. Это реальные люди с реальными проблемами — не отполированные голливудские звёзды. Поэтому было важно не “перестилизовать” актёров».
Для внесценических образов Майка и Клэр Салливан использовала внешность реальных героев из документального фильма Когса как отправную точку, а также изучала более широкий контекст эстетики, характерной для супружеской пары из Милуоки 1990-х.
«Я провела исчерпывающее исследование персонажей — как на сцене, так и за её пределами, их друзей, семей, аудитории, а также конкретного времени и места, где они жили», — говорит Салливан. — «То, что кажется “приметой эпохи”, может сильно отличаться в зависимости от того, где именно ты находился в то время. Я создала множество мудбордов для команды, чтобы актёры и массовка выглядели как настоящие люди, а не как актёры, играющие роли».
Среди разбитых сердец и неожиданных поворотов жизни «Песня любви» в итоге предстает как история, движущей силой которой являются любовь и радость совместного пути к мечтам — плечом к плечу с теми, кого любишь больше всего. От искры песен Нила Даймонда, звучащих в барах и клубах Милуоки, до преданности Майка и Клэр, которая проводит их через взлёты и падения, фильм воспевает связи, превращающие музыку, борьбу и утраты во что-то большее, чем сама жизнь.
«Тогда это действительно становится историей о любви и взаимной преданности», — говорит Кейт Хадсон.
Но, пожалуй, сильнее всего здесь ощущается мощь, страсть и наслаждение сценой, к которым Lightning и Thunder возвращаются снова и снова.
«Этот фильм — любовное письмо музыкантам всего мира, которые посвящают свою жизнь музыке; которые не собирают Madison Square Garden; которые играют в местном пабе, проводят караоке-вечера, поют на ярмарке штата перед девятью зрителями под дождём — и при этом переживают лучшее время в своей жизни», — говорит Хью Джекман. — «И внутри этого есть большая история любви, где один плюс один равно трём — где двое людей, соединившись и поддерживая друг друга, зажигают магию».
Эта магия, пожалуй, наиболее близка и правдива для самой Клэр Стэнгл — реальной героини этой истории.
«Это был самый полный, самый захватывающий сон, из которого не хочется просыпаться», — говорит Стэнгл. — «Слово, которое здесь употребляют чаще всего и которое полностью подходит, — “сюрреалистичный”».
Если бы Майк был сегодня с нами, что бы он подумал о чём-то настолько сюрреалистичном — о роскошном и трогательном кинопортрете взлётов и падений Lightning и Thunder и насыщенной жизни, которую он прожил вместе с Клэр?
«Я говорил со всеми членами его семьи, которые остались, и все они единодушны в одном: Майк был бы в восторге», — говорит Брюер. — «От того, что его играет самая большая звезда планеты; что фильм выходит в прокат на Рождество и каждый может пойти его посмотреть; что о нём сняли кино. Конечно, о его жизни сняли фильм — потому что, чёрт возьми, какая же это была жизнь».
Фото: пресс-служба
